Убийство двух и более лиц — квалификация по п. «а» ч. 2 ст. 105 ук рф, совокупность деяний при лишении жизни трёх человек, проблемы отграничения составов преступления

Убийство двух и более лиц — это особо тяжкое преступление, которое наказывается гораздо строже, чем смерть одного человека.

Несмотря на то что такое противоправное деяние достаточно полно отражено в законодательстве, на практике достаточно часто возникают проблемы с ее применением.

Особенности противоправного деяния

Убийство двух и более лиц — квалификация по п. «А» ч. 2 ст. 105 УК РФ, совокупность деяний при лишении жизни трёх человек, проблемы отграничения составов преступленияВ законодательстве такое противоправное деяние часто называют квалифицированным, то есть, это преступление с отягчающими обстоятельствами.

Преступление считается совершенным только при наличии определенного ряда признаков. В частности, у виновного лица должно быть намерение лишить жизни сразу несколько человек, которое может выражаться в различных видах умысла.

  1. Прямой. Преступник сразу задумал совершить убийство нескольких лиц.
  2. Прямой и косвенный одновременно. Такие случаи встречаются тогда, когда виновное лицо убивает одного человека, после чего, пытаясь «замести» следы преступления, случайных свидетелей случившегося.
  3. Косвенный, когда преступник совершает действия, осознавая, что из-за них могут погибнуть люди.

Важно! Для привлечения виновного лица к ответственности за совершение такого противоправного деяния, необходимо наличие последствия в виде смерти нескольких человек без сильного разрыва во времени.

Именно из-за наличия подобных сложных характеристик, уполномоченным лицам сложно квалифицировать такое преступное деяние. К примеру, серийные убийства, даже совершенные одним и тем же способом не могут быть квалифицированы в рамках части 2 статьи 105 из-за большого разрыва во времени.

Проблемы квалификации преступления

Убийство двух и более лиц — квалификация по п. «А» ч. 2 ст. 105 УК РФ, совокупность деяний при лишении жизни трёх человек, проблемы отграничения составов преступленияПри квалификации преступного деяния достаточно часто возникают сложности, при которых обстоятельства дела не ясны, а в составе противоправного деяния есть признаки иного правонарушения.

К примеру, причинение смерти, которое произошло с разным умыслом, но даже при наличии небольших разрывов во времени может быть квалифицировано по совокупности преступных действий, что влечет за собой ответственность по части 1 статьи 105 УК.

Скачать для просмотра и печати:

Статья 105. Убийство УК РФ

Некоторые преступники рассматривают убийство беременной женщины в качестве убийства 2 лиц. На самом деле это не так, УК предусматривает отдельную норму, в которой есть ответственность за такое преступное деяние. Срок беременности в этом случае не имеет никакого значения.

Кроме того при квалификации преступления уделяется отдельное внимание и личности жертв. Если погибшие — государственные служащие или иные лица, находившиеся при исполнении должностных обязанностей, устанавливается наличие мотивов для совершения такого преступления, связанных именно с профессиональной деятельностью.

Покушение

Убийство двух и более лиц — квалификация по п. «А» ч. 2 ст. 105 УК РФ, совокупность деяний при лишении жизни трёх человек, проблемы отграничения составов преступленияОтсутствие прямого умысла является основанием, которое не дает возможности квалифицировать случившееся в качестве убийства двух и более лиц.

Если при наличии прямого умысла на совершение такого противоправного деяния, в результате преступных действий погиб только один потерпевший, а смерть прочих лиц не наступила по обстоятельствам, не зависящим от воли преступника, то содеянное представляет собой совокупность преступных мероприятий:

  1. Покушение на убийство.
  2. Окончательное убийство одного лица.

Ответственность и наказание

Убийство двух и более лиц — квалификация по п. «А» ч. 2 ст. 105 УК РФ, совокупность деяний при лишении жизни трёх человек, проблемы отграничения составов преступленияОтветственность за совершение противоправного деяния, результатом которого стала смерть 1 и более лиц, предусмотрена статьей 105 УК РФ. По нормам этого законодательного акта, причинение смерти, отягощенное таким обстоятельством, влечет за собой:

  1. Лишение свободы на срок 8-20 лет, с ограничением свободы на срок до 2 лет.
  2. Пожизненное лишение свободы.
  3. Смертную казнь.

Объективная сторона

Квалифицирующий признак, который характеризует объект преступления, — убийство двух и более лиц. Так как объектом такого противоправного деяния является человеческая жизнь, то преступное деяние считается опаснее с каждой жизнью, которая была унесена при его проведении.

Субъективная сторона

Убийство двух и более лиц — квалификация по п. «А» ч. 2 ст. 105 УК РФ, совокупность деяний при лишении жизни трёх человек, проблемы отграничения составов преступленияСубъективная сторона противоправного деяния предполагает наличие умысла (прямого или косвенного) на причинение смерти. При этом убийство может быть совершенным с прямым умыслом не только в тех случаях, когда преступник задавался именно такой цель, к примеру, смерть человека могла произойти по стечению обстоятельств.

Желание причинить человеку смерть также является одной из составных частей субъективной стороны противоправного деяния, даже в том случае, когда человек эмоционально отрицательно относится к убийству.

Важно! Косвенный умысел при убийстве людей не подразумевает направление воли человека на такой исход, однако виновное лицо, при совершении действий, сознательно допускает их наступление.

Судебная практика

Кушеев, находясь в состоянии алкогольного опьянения, поссорился со своим братом и ударил его ножом. После этого он оставил орудие убийство и продолжил распивать спиртные напитки вместе со своим вторым собутыльником Сапожниковым. Последний начал упрекать Кушеева за содеянное, что повлекло вспышку его гнева.

В результате ссоры, Кушеев нанес своему другу несколько ударов молотком по голове, что повлекло за собой тяжкий вред здоровью, но Сапожников не умер.

Решением суда, Кушеев был осужден за убийство по части 1 статьи 105 и покушение на убийство, так как смерти двух лиц не произошло.

Видео о статье 105 Уголовного кодекса РФ — Убийство30 марта 2018, 23:54 Фев 12, 2019 20:20 О правонарушениях Ссылка на текущую статью Убийство двух и более лиц — квалификация по п. «А» ч. 2 ст. 105 УК РФ, совокупность деяний при лишении жизни трёх человек, проблемы отграничения составов преступления

Источник: https://PravoNarushenie.com/zhizn-i-zdorove/ubijstvo/ubijstvo-dvuh-ili-bolee-lits-i-otvetstvennost-po-uk-rf

Убийство двух или более лиц: мера наказания, покушение, статистика

Такое преступление, как убийство двух и более лиц, является особо тяжким и наказывается более сурово, чем лишение жизни одного человека. Несмотря на простую формулировку, вокруг этой нормы идут очень серьёзные споры, а на практике её применяют с большими предосторожностями.

Особенности преступления

Итак, как рассматривается убийство 2 (двух) и более лиц? Пункт «А» части 2 статьи 105 УК РФ определяет деяние как умышленное причинение смерти двум и более лицам. В уголовном праве это преступление часто называют «квалифицированным», подразумевая – лишение жизни, отягощённое таким признаком, как ещё, минимум, одному человеку.

  1. Преступление считается совершённым только при наличии следующих признаков:
  2. Возникшее до совершения первого убийства намерение (умысел) на лишение жизни нескольких человек. При этом виды умысла могут разделяться на виды:
    • Прямое намерение на причинение смерти двум и более людям.
    • Прямое намерение на убийство одного человека и косвенное в отношении других жертв. Например, при ограблении преступник убивает хозяина квартиры и случайно оказавшуюся свидетельницей соседку.
    • Косвенное намерение на причинение смерти, когда преступник допускает, что из-за его действий могут погибнуть люди. Самый распространённый пример преступлений с таким умыслом — стрельба из огнестрельного оружия по окружающим.
  3. Последствие в виде одновременного лишения жизни нескольких человек. Под одновременным в этом случае понимается убийство двух и более лиц без существенного разрыва во времени, совершённое как одним действием, так и в результате разнотипных поступков.

В целом убийство двух и более лиц имеет очень сложные характеристики, что затрудняет его квалификацию. Правоприменительная практика в его отношении также довольно противоречива и, как считают многие, очень несправедлива. В частности, серийные убийства нельзя определить по пункту «А» части 2 статьи 105 УК РФ, так как преступления совершаются с разным умыслом и с заметным разрывом во времени.

Конкретно по пункту «А» части 2 статьи 105 УК РФ данные отсутствуют. Однако Судебным департаментом при Верховном Суде РФ было проведено статистическое наблюдения (обобщение данных по всем судам страны) и установлено, что по части 2 статьи 105 УК РФ за 2014 год были осуждены к реальным срокам 1 946 человек.

Учитывая сложность квалификации только каждое 50-е преступление против жизни человека является убийством двух и более лиц.

Проблемы квалификации убийств двух и (или) более лиц

Убийство двух и более лиц — квалификация по п. «А» ч. 2 ст. 105 УК РФ, совокупность деяний при лишении жизни трёх человек, проблемы отграничения составов преступления

Для квалификации множественного убийства необходимо определить следующее:

  1. Единый умысел на причинение смерти нескольким людям, возникший заблаговременно. То есть следует доказать, что преступник намеревался убить или допускал возможность убийства в результате своих действий двух и более лиц. При этом мысли об этом должны были у него возникнуть до момента первой смерти. В рамках умысла также рассматривается мотив преступления (ревность, личная неприязнь и прочие), но в этом случае он на квалификацию не влияет. Важно лишь то, что преступник намеревался лишь жизни группу лиц. Если умысел возникает отдельно по отношению к каждой жертве, то преступление квалифицируется по совокупности обычного убийства, предусмотренного частью 1 статьи 105 УК РФ. И то, что преступления были совершены в течение небольшого количества времени на определение нормы не влияет.
  2. Причинение смерти в течение небольшого периода времени или одновременно. В последнем случае это может быть один выстрел, один намеренный наезд с помощью транспорта или оборудования и прочее.

В процессе квалификации нередко возникают сложности, когда обстоятельства неясны и имеются в наличии признаки преступления иного состава.

В этом случае необходимо опираться на главные характеристики убийства двух и более лиц, определённые в ещё действующем на данный момент Постановлении Пленума ВС РФ от 27.01.1999 г.

— ответственность наступает за убийство более одного лица, если действия виновного были совершены и охватывались единым умыслом, одновременно.

То есть причинение смерти, совершённые с разными умыслами, пусть даже и с небольшим разрывов во времени — это неоднократное убийство, квалифицируемое по части 1 статьи 105 УК РФ и по признаку совокупности преступлений. Именно так и определяются серийные убийства.

Убийство женщины, находившийся в состоянии беременности, также квалифицируется по отдельной норме — пункту «Г» части 2 статьи 105 УК РФ. Даже факт того, что преступник думает о таком убийстве, как о лишении жизни двух лиц, не влияет на определение состава. Срок беременности значения не имеет.

Помимо этого при квалификации учитываются личности жертв (государственные служащие, лица при исполнении служебных обязанностей и прочие) и выясняется не было ли у преступника мотива для убийства, связанного именно с профессиональной деятельностью потерпевшего. К тому же всегда необходимо проверять способ причинения смерти. Наличие в последнем признаком общей опасности сразу же переводит преступление к совокупности с пунктом «Е» части 2 статьи 105 УК РФ (убийство общеопасным способом).

О том, что собой представляет покушение на убийство двух и более лиц, читайте далее.

Покушение на злодеяние

Ситуация, когда преступник намеревался убить несколько человек, но сумел лишить жизни только одного, представляет собой большую сложность. Второй потерпевший при этом либо выжил, либо получил телесные повреждения. В этом случае квалифицировать преступление как «убийство двух и более лиц» нельзя, так как нет всех признаков состава.

До вынесения в 1999 году Постановления Пленума ВС РФ в уголовном правоприменении складывалась несправедливая ситуация, когда факт покушения превращался в своего рода смягчающее обстоятельство. Например, за лишение жизни общеопасным способом одного человека преступник может получить высшую меру — пожизненное лишение свободы.

Однако если он намеревался убить несколько человек, а смог только одного, то такое преступление квалифицировалось уже как «покушение на убийство двух и более лиц». А за него пожизненное не назначалось и преступник получал не более 15 лет лишения свободы.

На сегодняшний день, уголовная правоприменительная практика идёт именно по предписанному Пленумом ВС РФ пути. И напоследок мы расскажем о сроке за убийство двух и более лиц и о том, какая еще мера наказания предусмотрена за него.

Наказание и ответственность

Убийство двух и более лиц — квалификация по п. «А» ч. 2 ст. 105 УК РФ, совокупность деяний при лишении жизни трёх человек, проблемы отграничения составов преступления

  • Пункт «А» части 2 статьи 105 УК РФ предусматривает за совершение убийства (оконченное) очень суровую санкцию вплоть до смертной казни или пожизненного срока.
  • Если рассматривается дело о покушении на убийство двух и более лиц, то учитывается статья 66 УК РФ и наказание сокращается, максимум, до 15 лет лишения свободы.
  • Пожизненные сроки за покушение не назначаются.

При назначении наказания за квалифицированное преступление, действуют общие правила по применению смягчающих обстоятельств. Однако рассматривающий дело суд вправе принимать их только в случае, если они оказывают влияние непосредственно на личность преступника и общественную опасность его деяния.

Источник: http://ugolovka.com/prestupleniya/protiv-zhizni-i-zdorovya/ubijstvo/dvuh-ili-bolee-lits.html

§ 1. Квалификация убийства двух или более лиц (п. "а" ч. 2 ст. 105 ук)

Прежде чем приступить
к анализу, надо выяснить позицию
законодателя, включившего убийство
двух или более лиц в число признаков,
квалифицирующих это деяние. Судя по
редакции п. «а» ч. 2 ст.

 105
УК, умышленное лишение жизни двух или
более лиц независимо от времени, места
его совершения, а также наличия единого
либо каждый раз вновь возникшего умысла,
считается отягчающим обстоятельством.
По этой причине в ч. 2 ст. 105 УК были
введены сразу два квалифицирующих
признака: п. «а» — убийство двух
и более лиц и п.

 «н» — неоднократное
убийство. Суть данных признаков одна:
умышленно лишаются жизни два и более
человека, что значительно опаснее, чем
лишение жизни одного, а потому такое
деяние влечет за собой более строгое,
чем в ч. 1 данной статьи, наказание. С
этих позиций деление деяния в ст.

 105
УК на пункты «а» и «н»
принципиального значения не имело. Как
в первом, так и во втором случае речь
шла о тождественных преступлениях,
совпадающих между собой по всем элементам
в рамках простого состава. Отличие
состояло в том, что применительно к
п. «а» ч. 2 ст.

 105 имелось в
виду убийство, совершенное по единому
умыслу нескольких лиц, возникшему до
осуждения виновного хотя бы за одно из
действий, а в п. «н» предусматривалось
то же деяние, но совершенное по вновь
возникшему умыслу на каждое деяние
независимо от наличия судимости за
предыдущее убийство.

По сути, в рассматриваемых
пунктах ч. 2 ст. 105 УК устанавливалась
ответственность за умышленное лишение
жизни двух и более лиц.

Нечеткость
законодательных формулировок названных
пунктов, сложность их толкования и
применения на практике создавали
затруднения для правоприменителей,
которые должны были доказывать вид
умысла виновного по каждому эпизоду
убийства, момент его возникновения и
направленность на лишение жизни одного
или нескольких потерпевших.

По этой
причине в судебной практике встречались
ошибки при разграничении указанных
пунктов ч. 2 ст. 105 УК, которые во
многих случаях исправлялись уже в
надзорном порядке Верховным Судом.
Ученые-криминалисты высказывали
обоснованные суждения о необходимости
исключения п. «н» из ч. 2 ст. 105
УК. В 2003 г.

Читайте также:  Новые виды мошенничества: схемы с банковскими картами, обман в интернете, по мобильному телефону и смс и другие способы, а также ответственность за подобные действия

законодатель, согласившись
с мнением ученых и практиков, исключил
из Уголовного кодекса ст. 16,
регламентировавшую ответственность
за неоднократность деяний. Соответственно
из статей Особенной части УК (в том числе
и из ст. 105) был исключен данный
квалифицирующий признак*(154).

Теперь
каждый эпизод убийства, совершенного
по вновь возникшему умыслу, квалифицируется
по правилам о совокупности преступлений
по ч. 1 или 2 ст. 105 (при отсутствии
других квалифицирующих признаков).
Наказание с учетом признака множественности
должно назначаться в соответствии со
ст. 69 УК по совокупности преступлений.

В каких же случаях
в настоящее время можно вменять п. «а»
ч. 2 ст. 105 УК?

Грамматическое и
логическое толкование диспозиции п. «а»
ч. 2 ст. 105 позволяет утверждать,
что исключение п. «н» из ч. 2
статьи не изменило сути преступления.
Здесь, как и в других пунктах ч. 2
ст.

 105, имеется в виду единичное
преступление с усложненной объективной
стороной, где каждый отдельный эпизод
выступает как самостоятельное оконченное
преступление.

Однако умысел, возникший
до начала первого убийства, охватывает
намерение умышленного лишения жизни
двух или более человек, в связи с чем
все эпизоды убийств объединяются в одно
продолжаемое преступление.

Осуществляется
умысел последовательным выполнением
юридически тождественных действий,
промежуток между которыми, как правило,
минимальный. Вред причиняется одному
и тому же объекту — жизни двух или более
лиц. Поэтому каждый из эпизодов убийства
необходимо рассматривать как составную
часть единого (единичного) продолжаемого
преступления. Моментом окончания его
следует считать последний эпизод из
числа задуманных преступником.

Если же один из
эпизодов убийства остался незавершенным
— последствие в виде смерти потерпевшего
не наступило по причинам, не зависящим
от воли виновного, то такое деяние не
может рассматриваться как единое
оконченное преступление — убийство двух
или более лиц. В этих случаях независимо
от последовательности преступных
действий содеянное следует квалифицировать
по ч. 1 или 2 ст.

 105 и по ч. 3 ст. 30
и п. «а» ч. 2 ст. 105 УК*(155). То
есть единичное продолжаемое преступление
переходит в разряд множественных деяний,
что и подтверждается рекомендацией
Верховного Суда о необходимости
квалификации таких действий по двум
статьям: убийство и покушение на убийство
с соответствующим назначением наказания
по правилам, предусмотренным ст.

 69
УК за совокупность преступлений*(156).

Квалификация действий
по п. «а» ч. 2 ст. 105 УК требует
также глубокого исследования субъективной
стороны этого вида убийства. Бесспорен
факт, что данные преступления совершаются
только умышленно. Умысел может быть как
прямым, так и косвенным, заранее обдуманным
или внезапно возникшим. В любом случае
умысел на лишение жизни должен быть
определенным.

Виновный заранее знает,
что его действия направлены на убийство
двух и более лиц. В связи с этим очень
важно доказать, что все названные
действия субъекта охватывались единым
умыслом, возникшим до начала совершения
первого из них. При этом мотивы убийства
могут быть различными по отношению к
каждому из потерпевших.

Например, убив
жену из ревности, виновный убивает также
ее мать, оказавшуюся на месте преступления,
по мотивам неприязни к ней. Каждый из
этих мотивов, взятый порознь, мог бы
повлечь квалификацию по ч. 1 ст. 105
УК. Однако намерение виновного лишить
жизни двух и более лиц обязывает
правоприменителя квалифицировать
действия виновного по п. «а» ч. 2
ст.

 105 УК, несмотря на различие мотивов.

Убийства двух или
более лиц по единому, заранее возникшему
умыслу, как правило, совершаются
одновременно. При этом виды умысла могут
варьироваться.

Прежде всего здесь может
быть прямой умысел на лишение жизни
двух и более лиц или прямой умысел в
отношении одного человека и косвенный
в отношении других лиц, оказавшихся на
месте совершения преступления.

Виновный
не желает причинения смерти кому-то,
случайно оказавшемуся рядом с намеченной
жертвой, однако сознательно допускает
такую возможность либо ему это
безразлично*(157). Есть и третий вариант:
виновный лишает жизни двух и более лиц
с косвенным умыслом по отношению ко
всем потерпевшим.

Это может произойти,
например, при стрельбе в толпе из
хулиганских побуждений.

В этих случаях
у виновного отсутствует прямой умысел
на лишение жизни конкретного человека,
но обстановка совершения хулиганских
действий свидетельствует о сознательном
допущении им любых последствий от
стрельбы, в том числе причинения смерти
любому количеству лиц, находящихся в
зоне выстрелов.

Если при этом были убиты
несколько человек (два и более), действия
виновного надо квалифицировать по
пп. «а», «и» ч. 2 ст. 105
как совершенные из хулиганских побуждений
с косвенным умыслом на лишение жизни
неограниченного числа лиц.

Данный
вариант умысла на лишение жизни необходимо
отграничивать от совершения хулиганских
действий с применением оружия (ч. 1
ст. 213 УК), при котором объектом
преступления является общественный
порядок, а не жизнь человека. В тех
случаях, когда при нарушении общественного
порядка совершается более общественно
опасное деяние, в частности лишение
жизни, действия виновного надо
квалифицировать по ст. 213 (хулиганство)
и по п. «и» ч. 2 ст. 105 УК как
убийство, совершенное из хулиганских
побуждений с косвенным умыслом. При
разновременном убийстве п. «а»
ч. 2 ст. 105 можно вменять лишь в
случае доказанности прямого умысла на
лишение жизни двух или более лиц,
возникшего до совершения первого
убийства. При доказанности этого вида
умысла промежуток времени (в пределах
срока давности) между двумя убийствами
не имеет значения, так же как и место их
совершения.

В тех случаях, когда
умысел на убийство каждого отдельного
человека последовательно возникает и
осуществляется на протяжении даже
небольшого разрыва во времени между
действиями виновного, п. «а» ч. 2
ст. 105 не может быть вменен. Каждый
эпизод убийства, совершенный по вновь
возникающему умыслу, надлежит
квалифицировать самостоятельно по
правилам ст. 17 УК — совокупность
преступлений.

Мотивы совершения
убийства по п. «а» ч. 2 ст. 105
УК, как уже было сказано, могут совпадать,
но могут быть и различными. На квалификацию
преступления это не влияет при наличии
единого умысла на лишение жизни двух
или более лиц, возникшего до начала
исполнения первого убийства. В тех
случаях, когда мотив убийства в законе
указан в качестве самостоятельного
признака, виновному кроме п.

 «а»
ч. 2 ст. 105 необходимо вменять и
другие пункты этой части статьи УК, где
мотив указан в качестве самостоятельного
квалифицирующего признака убийства.
Например, убийство двух или более лиц,
совершенное из хулиганских побуждений
(пп. «а», «и» ч. 2 ст. 105),
либо убийство двух или более лиц по
мотиву национальной, расовой, религиозной
ненависти и вражды (пп. «а», «л»
ч. 2 ст. 105).

Убийство, предусмотренное
п. «а» ч. 2 ст. 105, надо отличать
от убийства, совершенного общеопасным
способом (п. «е» ч. 2 ст. 105).
Как в том, так и в другом случае жертвами
становятся несколько лиц. Отличие
проводится по некоторым признакам
состава преступления.

Во-первых, по
количеству предполагаемых жертв. По
п. «а» — виновный намерен осуществить
(и осуществляет) убийство двух или более
лиц.

Это значит, что минимальное количество
потерпевших — двое, максимальное не
определено, это вопрос факта. В п. «е»
ч. 2 ст.

 105 имеется в виду, что умысел
направлен на лишение жизни одного
человека, но избранный способ убийства
является общеопасным, т.е. способным
лишить жизни второго, третьего, в целом
большой группы лиц.

Во-вторых, по способу
совершения преступления. В п. «е»
предусматривается общеопасный способ,
который может повлечь смерть неопределенного
числа лиц, оказавшихся в сфере действия
виновного.

Таким способом считаются:
взрыв, обвал, поджог, выстрелы в местах
скопления людей с целью лишить жизни
одного человека, отравление пищи, воды,
если ею кроме потерпевшего пользуются
другие люди.

С субъективной стороны
такое убийство осуществляется с желанием
смерти одному конкретному человеку
(прямой умысел) и с сознательным допущением
ее наступления для неопределенного
числа лиц, оказавшихся в зоне действия
убийцы.

В-третьих, различие
проводится по времени осуществления
убийства. В действиях, подпадающих под
п. «а» ч. 2 ст.

 105, лишение
жизни может осуществляться как
одновременно, так и в разное время, но
по единому умыслу, возникшему до начала
совершения преступления. По п.

 «е»
возможна квалификация в том случае,
когда лишение жизни происходит в одном
месте и в одно время с целью убийства
одного человека.

Если виновный,
осуществляя намерение убить двух или
более лиц, избирает общеопасный способ,
его действия следует квалифицировать
по пп. «а», «е» ч. 2 ст. 105
УК. Прежде всего это относится к действиям
террористов, которые осуществляют свое
намерение лишить жизни многих людей
общеопасным способом. Предлагаемую
квалификацию по пп. «а» и «е»
ч. 2 ст.

 105 следует отличать от
квалификации действий при идеальной
совокупности. Отличие состоит в том,
что в первом случае вменяются два
квалифицирующих признака одного и того
же единичного преступления (ч. 2
ст. 105), имеющих одну общую санкцию в
виде лишения свободы на срок от 8 до 20
лет либо смертной казни или пожизненного
лишения свободы.

Идеальную совокупность
как вид множественности образуют два
(и более) тождественных, разнородных
либо однородных преступления, которые
выполняются в одном и том же месте, одним
действием, влекут за собой сразу два и
более различных последствий. В связи с
этим они квалифицируются по разным
статьям УК, имеющим самостоятельные
диспозиции и санкции.

Наказания,
предусмотренные за каждое из этих
преступлений, складываются по правилам,
установленным ст. 69 УК.

Источник: https://studfile.net/preview/6062347/page:32/

Некоторые спорные вопросы квалификации и конструирования состава убийства при отягчающих обстоятельствах

Уголовное право Некоторые спорные вопросы квалификации и конструирования состава убийства при отягчающих обстоятельствах

ПАНФЁРОВ Дмитрий Николаевичстарший преподаватель кафедры специальной подготовки Уфимского юридического института Министерства внутренних дел Российской Федерации, подполковник полиции

ПУГАЧЁВ Алексей Викторовичстарший преподаватель кафедры специальной подготовки Уфимского юридического института

Современная уголовная политика в отношении убийства при отягчающих обстоятельствах складывалась под воздей­ствием целого ряда факторов.

Во-первых, в последние годы убийство, совершенное при отягчающих обстоятельствах, становится высоколатентным — насильственных посягательств данного вида совершается как минимум в 2-3 раза больше, чем регистрируется.

Во-вторых, сложности в квалификации указанных деяний при наличии противоречивой судебной прак­тики и неоднозначности в теоретических подходах по вопро­су уголовной правовой оценки действий виновного лица.

С целью решения этих и ряда других проблем законода­тель неоднократно вносил изменения в текст уголовного за­кона с целью уточнения и систематизации соответствующих норм, а Верховный Суд Российской Федерации давал соответ­ствующие разъяснения по рассматриваемым вопросам.

Вместе с тем представляется, что существующее положе­ние вещей относительно вопросов квалификации и констру­ирования некоторых квалифицирующих признаков убийства не является бесспорным и требует определенного пересмотра.

  1. Убийство двух и более лиц. Данное деяние предусмо­трено п. «а» ч. 2 ст. 105 УК РФ. Уголовно-правовая доктрина длительное время исходила из того, что данный вид квалифи­цированного убийства существовал как альтернатива неодно­кратным случаям лишения жизни, и предусматривал наличие единства умысла виновного на лишение жизни нескольких лиц. Действия виновного рассматривались как единое про­должаемое преступление.

С учетом изменений уголовного законодательства, свя­занных с пересмотром положений института множественно­сти преступлений, неоднократность была исключена из текста уголовного закона, а совокупность преступлений — расшире­на.

В связи с изложенным, правоприменитель отреагировал на данную проблему применительно к убийству двух и более лиц, но не сразу.

Лишь Постановлением Пленума Верховного Суда РФ от 3 апреля 2008 г. № 4 было внесено изменение в предыдущую редакцию п. 5 постановления от 27 января 1999 г. № 1 «О су­дебной практике по делам об убийстве (ст. 105 УК РФ)».

В настоящее время п. 5 указанного Постановления выгля­дит следующим образом: «В соответствии с положениями ч. 1 ст.

17 УК РФ убийство двух или более лиц, совершенное одно­временно или в разное время, не образует совокупности пре­ступлений и подлежит квалификации по пункту «а» ч. 2 ст.

105 УК РФ, а при наличии к тому оснований также и по другим пунктам части 2 данной статьи, при условии, что ни за одно из этих убийств виновный ранее не был осужден».

С одной стороны, с данной позицией трудно не согла­ситься, поскольку, как отмечает В.Н. Титова, ключевым при оценке поведения серийного убийцы должен выступать не умысел, а жизнь конкретного человека.

Исходя из положения, предусмотренного ч. 1 ст. 17 УК РФ о том, что совокупность преступлений отсутствует, если совер­шение двух или более преступлений предусмотрено статьями

Особенной части УК РФ в качестве обстоятельства, влекуще­го более строгое наказание, действия виновного, лишившего жизни несколько человек должны рассматриваться как ква­лифицированный вид убийства — убийство двух и более лиц, предусмотренный п. «а» ч. 2 ст. 105 УК РФ.

С другой стороны, Верховный Суд РФ справедливо посчи­тал, что положения ч. 1 ст. 17 УК РФ применительно к престу­плению (в данном случае убийству) нескольких лиц необходи­мо однозначно расценить как квалифицированный убийство признак, однако возникает вопрос, а не приведет ли это к «обе­зличиванию» всех тех случаев лишения жизни, которые имели место быть в поведении виновного лица?

Каждое преступление, в том числе и убийство, должно иметь свою самостоятельную правовую оценку.

По сути право­применитель формулировкой «убийство двух или более лиц, совершенное одновременно или в разное время, не образует совокупности преступлений» указывает на то, что речь идет, как ранее было сказано, о так называемом продолжаемом пре­ступлении.

Теоретические положения на этот счет сводят на нет желание Пленума Верховного Суда РФ усилить уголовную ответственность за подобное поведение виновного лица, по­скольку каждое из совершенных виновным убийств должно по логике правоприменителя в обязательном порядке являть­ся частью «цепочки убийств».

Читайте также:  Как забрать заявление из полиции о побоях после его подачи по примирению сторон: правила возврата документа

На наличие существующей проблемы указывает и сам Верховный Суд РФ, который внеся изменения в абз. 2 п. 5 По­становления № 1 от 27 января 1999 г.

, предусмотрел следую­щее: «Убийство одного человека и покушение на убийство другого не может рассматриваться как оконченное престу­пление — убийство двух лиц.

В таких случаях независимо от последовательности преступных действий содеянное следует квалифицировать по ч. 1 или ч. 2 ст. 105 и по ч. 3 ст. 30 и п. «а» ч. 2 ст. 105 УК РФ».

Таким образом, в тексте Постановления заложено явное противоречие. С одной стороны, указывается, что убийство двух и более лиц единое продолжаемое преступление, с дру­гой — если оно связано хотя бы с одним случаем неоконченного убийства, то речь идет одновременно и о совокупности и о не­оконченном едином преступлении.

Думается, что данная теоретико-прикладная проблема должна найти свое однозначное разрешение.

Либо право­применитель должен признавать убийство одного человека и покушение на убийство другого как неоконченное продолжа­емое преступление — покушение на убийство двух лиц; либо отказаться от того, что убийство двух и более лиц исключа­ет совокупность преступлений и признать необходимость вменения виновному во всех подобных случаях (оконченных убийств) — самостоятельно каждого отдельного эпизода в со­вокупности, а также п. «а» ч. 2 ст. 105 УК РФ.

Представляется, что первая позиция выглядит как более справедливая, поскольку позволяет систематически толковать и положения ч. 1 ст. 17 и ст. 30 и п. «а» ч. 2 ст. 105 УК РФ. Во вто­ром же случае имеет место так называемое двойное вменение, которому, как известно, не место в уголовном законе, исходя из принципа справедливости (ч. 2 ст. 6 УК РФ).

Вместе с тем, это не решает в целом проблему существу­ющей трактовки Пленумом Верховного Суда РФ положений ч. 1 ст.

17 УК РФ, поскольку в таком виде нарушается правило самостоятельной оценки каждого преступного деяния, что не допустимо, как с правовой, так и с процессуальной точки зре­ния.

Следовательно, законодателю следовало бы пересмотреть исключения, заложенные в тексте ч. 1 ст. 17 УК РФ примени­тельно к совокупности преступлений.

  1. Убийство малолетнего (п. «в» ч. 2 ст. 105 УК РФ).

Длительное время сам по себе малолетний возраст по­терпевшего не рассматривался как самостоятельный квалифи­цирующий признак убийства. До недавнего времени он фак­тически являлся составной частью признака «беспомощное состояние».

В п. 7 Постановления Пленума Верховного Суда № 1 от 27 января 1999 г. «О судебной практике по делам об убийстве (ст. 105 УК РФ)» указано, что «по п. «в» ч. 2 ст.

105 УК РФ (убийство лица, заведомо для виновного находящегося в беспомощном состоянии) надлежит квалифицировать умышленное причи­нение смерти потерпевшему, неспособному в силу физиче­ского или психического состояния защитить себя, оказать ак­тивное сопротивление виновному, когда последний, совершая убийство, сознает это обстоятельство.

К лицам, находящимся в беспомощном состоянии, могут быть отнесены, в частности, тяжелобольные и престарелые, малолетние дети, лица, стра­дающие психическими расстройствами, лишающими их спо­собности правильно воспринимать происходящее».

Изменения, внесенные 27 июля 2009 г. Федеральным зако­ном № 215-ФЗ, выделили убийство малолетнего в самостоятель­ный квалифицирующий признак, предусмотренный п. «в» ч. 2 ст. 105 УК РФ, наряду с беспомощным состоянием.

Причем за­конодатель, применительно к малолетнему, не включил в текст закона указание на признак «заведомость». Данный подход указывает на то, что для вменения указанного признака необхо­димо, чтобы жертва убийства не достигла 14-летнего возраста.

При этом не важно осознавал данный факт виновный или нет.

Указанное положение свидетельствует о желании законо­дателя с одной стороны осуществить дополнительную защиту интересов малолетних; с другой стороны — усилить уголовную ответственность за посягательство на жизнь указанных лиц.

С правовой позиции речь идет о так называемом объек­тивном вменении по отношении к убийце, поскольку вне зави­симости от осознания им признаков потерпевшего, характери­зующих его возраст, ему вменяется в вину квалифицирующее обстоятельство убийства.

Несмотря на то, что объективное вме­нение недопустимо (ч. 2 ст. 5 УК РФ), следует согласиться с А.И.

Марцевым в том, что оно как исключение из правил имеет пра­во на существование, при этом, законодатель должен стремить­ся к тому, чтобы ограничить возможности его применения.

Внося такие изменения, законодатель «стимулирует» объ­ективное вменение признаков преступлений, характеризую­щихся повышенной степенью общественной опасности.

Вместе с тем, изменения, связанные с исключением ука­зания на признак «заведомости» применительно к возрасту потерпевшего, были внесены указанным выше Федеральным законом от 27 июля 2009 г. № 215-ФЗ и в ст.ст. 131 и 132 УК РФ.

Давая соответствующие разъяснения на этот счет, Пле­нум Верховного Суда РФ в постановлении № 16 от 4 декабря 2014 г. «О судебной практике по делам о преступлениях про­тив половой неприкосновенности и половой свободы лично­сти» отметил, что применяя закон об уголовной ответственно­сти за совершение преступлений, предусмотренных ст.ст.

131 и 132 УК РФ, в отношении несовершеннолетних (малолетних), судам следует исходить из того, что квалификация преступле­ний по соответствующим признакам «возможна лишь в случа­ях, когда виновный знал или допускал, что потерпевшим явля­ется лицо, не достигшее восемнадцати лет или иного возраста, специально указанного в диспозиции статьи Особенной части УК РФ».

Как отмечают В.Б. Поезжалов и А.Е. Линкевич, Пленум Верховного Суда РФ в указанном постановлении фактически говорит, что изменения, внесенные относительно исключения из текста уголовного закона признака «заведомости», не следу­ет учитывать, а руководствоваться содержанием умысла виновного.

Следовательно, следует сделать вывод о том, что желание законодателя «усилить ответственность» за убийство мало­летнего, используя «объективное вменение», в реальности не реализуется (не может быть реализовано), поскольку Пленум, используя ограничительное толкование закона, сужает сферу действия правовой нормы.

При этом думается, целесообраз­но, чтобы соответствующие разъяснения были даны и в Поста­новлении Пленума Верховного Суда РФ № 1 от 27 января 1999 г. «О судебной практике по делам об убийстве (ст. 105 УК РФ)», чтобы единообразить судебную практику и не допустить рас­хождений в принятии решений по аналогичным делам.

  1. Убийство, сопряженное с совершением того или иного преступления.

Данных видов квалифицированного убийства достаточно много. Законодатель не выделяет их в одном пункте ч. 2 ст. 105 УК РФ. Убийство, сопряженное с похищением человека пред­усмотрено в п.

«в», на убийство, сопряженное с разбоем, вы­могательство или бандитизмом указано в п. «з», а убийство, сопряженное с изнасилованием или насильственными дей­ствиями сексуального характера предусмотрено п.

«к» ч. 2 ст. 105 УК РФ.

Как отмечает Г. Н. Борзенков, вопрос о конструировании и квалификации убийств, сопряженных с совершением вышеука­занных преступлений, всегда носил спорный характер. Вместе с тем, наличие подобного рода конструкций, несмотря на всю их сложность, было оправдано временем.

Судами различных уровней наработан достаточно большой объем судебной прак­тики, которая систематизирована Верховным Судом РФ. Пре­ступные деяния виновного во всех рассматриваемых случаях в соответствии с пп. 7, 11, 13 Постановления Пленума Верховно­го Суда РФ от 27 января 1999 г.

№ 1 «О судебной практике по делам об убийстве» следует квалифицировать по совокупности соответствующего пункта ч. 2 ст. 105 УК РФ («в», «з» или «к») и статьи УК РФ, предусматривающей ответственность за похище­ние человека (ст. 125 УК РФ), разбой (ст. 162 УК РФ), вымогатель­ство (ст. 163 УК РФ), бандитизм (ст.

131 УК РФ), изнасилование (ст. 131 УК РФ) или насильственные действиями сексуального характера (ст. 132 УК РФ).

Особенность подобного рода квалификации строится на приоритете человеческой жизни над другими благами и на том, что с одной стороны, ни одно деяние не может охваты­вать собой убийство другого человека, с другой — убийство не может охватывать посягательства на иные объекты уголовно­правовой охраны. При этом признак «сопряженность» следует оценивать как «существующий наряду», «существующий самостоятельно».

Федеральным законом № 321-ФЗ от 30 декабря 2008 г. в

ч.  3 ст. 205 «Террористический акт», ч. 4 ст. 206 УК РФ «Захват заложника» и ч. 3 ст. 281 «Диверсия» были закреплены особо отягчающие обстоятельства, усиливающие наказание за соот­ветствующие деяния, если они «повлекли умышленное причи­нение смерти человеку».

Данные положения изменили тот подход к конструиро­ванию и квалификации убийства и сопряженных с ним пре­ступлений, который существовал многие годы. Фактически за­конодатель пересмотрел место нормы об убийстве в системе уголовно-правовых предписаний. В связи с этим Пленум Вер­ховного Суда РФ в п. 9 Постановления № 1 от 9 февраля 2012 г.

«О некоторых вопросах судебной практики по уголовным делам о преступлениях террористической направленности» указал, что «в случае, если террористический акт повлек умышленное причинение смерти человеку (либо двум и бо­лее лицам), содеянное охватывается пунктом «б» ч. 3 ст. 205 УК РФ и дополнительной квалификации по ст.

105 УК РФ не требуется».

Конструкция «сопряженности», применительно к убий­ству, как представляется, выглядит более предпочтительной по сравнению с формулировкой «повлекли умышленное при­чинение смерти человеку».

Во-первых, одно деяние не может повлечь за собой другое деяние. Таких законодательных конструкций нет ни в одной другой уголовно-правовой норме (кроме ч. 3 ст. 205, ч. 4 ст. 206 и ч. 3 ст. 281 УК РФ).

Деяние может быть причиной наступле­ния последствий, а по логике законодателя террористический акт, захват заложника или диверсия может повлечь за собой убийство, т. е. другое деяние.

В связи с этим достаточно спор­ной выглядит законодательная конструкция при которой, скажем, захват заложника повлек за собой «умышленное при­чинение смерти человеку». Справедливее говорить о том, что захват заложника был сопряжен с убийством.

Во-вторых, если законодатель избрал «иной» в сравнении с уже сложившимся подход к формулированию правил оцен­ки убийства в ходе совершения иных преступных деяний, то почему это коснулось только захвата заложника, террористи­ческого акта и диверсии? Представляется, что следовало бы предусмотреть указание на данные деяния, как сопряженные с убийством в ч. 2 ст. 105 УК РФ.

В-третьих, исключение дополнительной квалификации по ст.

105 УК РФ в случае совершения террористического акта, захвата заложника или диверсии при не назначении судом наказания в виде пожизненного лишения свободы исключает совокупность преступлений, а, значит, назначаемое наказание может быть ниже, чем в случае совершения виновным деяний «сопряженных с убийством», что не вполне справедливо с точ­ки зрения индивидуализации наказания.

В связи с изложенным, представляется целесообразным унифицировать и систематизировать уголовно-правовые пред­писания относительно случаев, когда в процессе совершения преступных деяний виновным совершается убийство. В этих целях необходимо предусмотреть указание на сопряженность убийства и составов террористического акта, захвата заложника и диверсии, предусмотрев указание в одном из пунктов ч. 2 ст. 105 УК РФ.

 
 

Источник: https://www.eurasialegal.info/index.php/ugolovnoe-pravo/5770-2017-09-11-09-05-49

6.1.1. Убийство двух или более лиц (п. «а» ч.2 ст.105 УК РФ)

В соответствии с п.5 постановления Пленума Верховного Суда РФ «О судебной практике по делам об убийстве (ст.

105 УК РФ)» по п. «а» ч. 2 ст. 105 УК РФ следует квалифицировать убийство двух или более лиц, если действия виновного охватывались единым умыслом и были совершены, как правило, одновременно. Таким образом, убийство двух или более лиц представляет собой единое преступление.

В юридической литературе при характеристике убийства, квалифицированного по п. «а» ч. 2 ст.105 УК, справедливо акцентируется внимание на субъективной стороне преступления (направленность умысла, его единство). Именно единый умысел характеризует преступление как единое.

Однако единый умысел не следует путать с единой целью. Умысел как одна из форм вины характеризуется психическим отношением виновного к совершаемому деянию и возникает с момента начала осуществления преступной деятельности, т.е.

не с момента появления цели (так называемая стадия «обнаружения умысла», точнее «обнаружения цели»), а с начала её реализации (осуществления приготовительных действий к конкретному убийству индивидуально определённого лица).

Именно с этого момента и появляется умысел.

Единая цель на убийство двух или более лиц может возникнуть задолго до её реализации и не охватываться единым умыслом. Например, виновный поставил цель (запланировал) убить всех очевидцев совершенного им преступления, которые проживают в различных городах (регионах, странах).

С этой целью он приезжает в один город и, оценив ситуацию, начинает готовиться к убийству одного из очевидцев (изучает обстановку, маршрут передвижения потерпевшего, его образ жизни, времяпрепровождения, график работы, приобретает орудия и средства убийства и т.п.).

С этого момента виновный начинает реализовывать свою цель, и у него возникает умысел на конкретное убийство.

После убийства первого конкретного потерпевшего-очевидца единая цель на убийство других очевидцев у виновного сохраняется. Но умысел на второе (третье и др.

) убийство возникнет вновь с момента начала совершения конкретных приготовительных действий к последующему конкретному убийству соответственно второго (третьего и др.

Читайте также:  Остановка на автомагистрали разрешена или нет: вспоминаем порядок езды на трассе по пдд, разворот, движение задним ходом - всегда ли это нарушение?

) потерпевшего после прибытия виновного к месту его подготовки и совершения.

Поведение виновного лица в интервале между убийствами (времяпрепровождение: передвижение, питание, сон, общение и т.п.) вряд ли можно отнести к приготовительным действиям к конкретному убийству.

В связи с этим, думается, необоснованно недооценивается отдельными учеными объективный критерий рассматриваемого убийства – время его совершения, которое определяется судебной практикой как одновременность.

Такая недооценка вызвана, скорее всего, тем, что при указании на такой признак как «одновременность» используется словосочетание «как правило», которое подразумевает исключение. Поэтому некоторые авторы в порядке исключения наряду с обязательным признаком одновременности вводят понятие разновременности убийства в отношении двух или более лиц при наличии единого умысла (намерения) [1].

При этом допускается возможность значительного разрыва во времени между первым и последующими убийствами. По их мнению, единственным условием признания такого убийства, квалифицированным по п. «а» ч.2 ст.105 УК, является единство преступного намерения и наличие только прямого умысла[2].

Однако наличие у виновного преступной единой цели (намерения) даже при разновременности убийства нескольких лиц не исключает наличие косвенного умысла.

Например, с целью сокрытия преступления путем поочередной (в разное время) расправы с его очевидцами виновный жестоко избивает потерпевших, желая привести их в такое состояние, чтобы они не могли давать показания, не желая, но безразлично относясь к наступлению смерти, сознательно её допуская.

В случае причинения смерти каждому из потерпевших действия виновного следует квалифицировать как разновременное убийство с единой целью (намерением), но с косвенным умыслом.

Очевидно, Пленум не случайно указал на объективный признак квалифицированного убийства как обязательный.

Как и при отсутствии единого умысла (даже при фактической одновременности, например, убийство второго потерпевшего, неожиданно появившегося в процессе лишения жизни первого[3]), так и при отсутствии одновременности лишения жизни двух или более лиц (даже при наличии единой цели, намерения, — не путать с умыслом!) такое убийство нельзя квалифицировать по п. «а» ч.2 ст.105 УК РФ.

Словосочетание «как правило» означает, что между первым и вторым убийством имеется промежуток времени. Но это – время продолжающегося посягательства, охватываемого единым умыслом виновного. Например, убийство одного и преследование с целью убийства другого потерпевшего, успевшего убежать от убийцы в процессе посягательства, и последующее (через какое-то время) его убийство.

Если потерпевшему удастся скрыться от виновного на длительное время, и умысел на его убийство будет корректироваться (конкретизироваться, обновляться) в зависимости от конкретных обстоятельств (обстановки, места, времени и др.) обнаружения потерпевшего, то говорить в такой ситуации о едином умысле нельзя.

При таких обстоятельствах умысел возникает вновь с начала совершения новых конкретных приготовительных действий для убийства второго потерпевшего, хотя единая цель (намерение) остается.

До недавнего времени (до 12 декабря 2003 года) такое убийство следовало квалифицировать как неоднократное (п. «н» ч.2 ст.105 УК РФ).

Умысел на убийство двух или более лиц может быть как прямым, так и косвенным (лишение жизни нескольких человек при срабатывании автоматического взрывного устройства, установленного в целях защиты, например, садового участка от посторонних лиц[4]).

Возможно сочетание прямого умысла на убийство одного лица и косвенного – по отношению к другим лицам (например, при убийстве общеопасным способом)[5].

В соответствии с п.5 постановления Пленума Верховного Суда РФ «О судебной практике по делам об убийстве (ст.

105 УК РФ)» убийство одного человека и покушение на убийство другого не может рассматриваться как оконченное преступление – убийство двух лиц.

В таких случаях независимо от последовательности преступных действий содеянное следует квалифицировать по совокупности ч. 1 или ч. 2 ст. 105 и по ч. 3 ст. 30 и п. «а» ч. 2 ст. 105 УК РФ[6].

Однако справедливо отмечают некоторые ученые, что убийство двух или более лиц является единым преступлением, и различные его эпизоды (убийство одного и покушение на убийство другого) не могут квалифицироваться по совокупности[7].

Так же, как не образуют совокупности хищение в крупном размере и покушение на хищение в особо крупном размере в отношении одного и того же имущества. Например, виновный пытался похитить из сейфа более одного миллиона рублей, а в нем оказалось 300 тысяч рублей, которые он взял. В целом содеянное квалифицируется как покушение на хищение в особо крупном размере[8].

Следовательно, согласно теории уголовного права убийство одного и покушение на убийство другого лица должно квалифицироваться только как покушение на убийство двух или более лиц.

Некоторые ученые, признавая позицию Верховного Суда РФ по рассматриваемому вопросу небезупречной, вместе с тем соглашаются с нею, считая, что «признание покушением всего деяния в целом как единого преступления снижало бы опасность содеянного и привело бы к смягчению ответственности виновного в силу ч.3 и ч.4 ст.66 УК»[9].

Думается, каким бы опасным не было преступление, нарушать логические законы квалификации преступлений в угоду целесообразности является недопустимым. Степень и характер общественной опасности деяния уже учитывается законодателем при конструировании уголовно-правовой нормы.

Цели и мотивы убийства двух или более лиц могут быть различными, хотя, как правило, они совпадают.

Например, виновный собирает в одном месте всех своих недругов, имея различные цели и мотивы в отношении каждого из них: одного лишает жизни с целью скрыть преступление из страха разоблачения, другого – из ревности, третьего – из мести, четвертого – с корыстной целью или по мотивам национальной ненависти и т.п.[10].

Кроме общей нормы, предусматривающей ответственность за убийство (ст.

105 УК РФ), где жизнь человека выступает как основной объект посягательства, уголовное законодательство содержит специальные нормы, в которых жизнь является дополнительным непосредственным объектом, а в качестве основного объекта предусмотрены, например, основы конституционного строя (ст.

277 УК – террористический акт), правосудие (ст.295 УК – посягательство на жизнь лица, осуществляющего правосудие), порядок управления (ст.317 УК – посягательство на жизнь сотрудника правоохранительного органа), безопасность человечества (ст.357 УК – геноцид).

В юридической литературе неоднозначно решается вопрос о квалификации действий виновного, когда он одновременно посягает на жизнь государственного или общественного деятеля (судьи, сотрудника правоохранительного органа) и «обычного» человека.

Некоторые ученые предлагают квалифицировать такое деяние по совокупности соответственно ст.277 (ст.ст.295, 317) и по п. «а» ч.2 ст.105 УК РФ[11].

Аргументы довольно убедительные, поскольку и теория уголовного права, и судебная практика под посягательством на жизнь, в частности, работника милиции или народного дружинника в связи с их деятельностью по охране общественного порядка рассматривают убийство или покушение на убийство этих лиц[12].

Однако, думается, при такой квалификации нарушается принцип справедливости (ч.2 ст.

6 УК), поскольку за одно и то же преступление (посягательство на жизнь специального потерпевшего) виновный дважды привлекается к уголовной ответственности: по соответствующей специальной норме (ст.ст.

277, 295, 317 УК), где жизнь потерпевшего является дополнительным объектом, и за «двойное» убийство по п. «а» ч.2 ст.105 УК, в котором его жизнь уже «превращается» в основной объект.

По правилам квалификации в одном и том же преступлении один и тот же объект не может быть одновременно и основным, и дополнительным.

Дополнительным аргументом против такого подхода может служить суждение о том, что одновременное убийство двух или более специальных потерпевших (государственных деятелей, судей, прокуроров, работников милиции) не может быть дополнительно квалифицировано как «двойное» убийство по п. «а» ч.2 ст.105 УК РФ.

Некоторую сложность вызывает вопрос о квалификации убийства двух или более лиц, совершенного в соучастии.

Если объективную сторону такого убийства полностью выполняет исполнитель, то действия подстрекателя, пособника и организатора следует квалифицировать по соответствующей части ст.33 и п. «а» ч.2 ст.105 УК РФ, даже если все указанные соучастники присутствовали на месте преступления и наблюдали за убийством.

Одновременное убийство двумя виновными по договоренности между собой с распределением ролей двух лиц, когда каждый из них лишает жизни только одного потерпевшего, в судебной практике квалифицируется при отсутствии других отягчающих обстоятельств как простое убийство[13]. При этом предлагается учитывать роль каждого из них. Делается вывод о том, что каждый виновный должен выполнить хотя бы часть объективной стороны именно «двойного» убийства, т.е. применить насилие к каждому потерпевшему в процессе лишения их жизни.

При этом необязательно, чтобы каждый из соисполнителей нанес смертельное ранение[14].

Достаточно применить насилие к каждому потерпевшему при осознании того, что это помогает другому соисполнителю лишить потерпевших жизни (удержание, скручивание рук, прижимание, избиение и т.п.).

Одно лишь присутствие при убийстве и «моральная» поддержка исполнителя (подбадривание и т.п.) не является основанием для признания лица соисполнителем. В зависимости от роли он может быть признан пособником или подстрекателем в квалифицированном убийстве.

Однако в юридической литературе встречается и другая точка зрения, согласно которой для квалификации по пп. «а» и «ж» ч.2 ст.

105 УК РФ не требуется, чтобы каждый виновный совершал действия, направленные на лишение жизни всех потерпевших, достаточно, чтобы каждый применил насилие в отношении хотя бы одной из жертв, разумеется, при наличии единого умысла на убийство двух или более лиц, выраженного в предварительном сговоре[15].

Убийство двух или более лиц – это не повторное, а единое квалифицированное преступление, объективная сторона которого состоит из двух или более актов лишения жизни потерпевших.

По общему правилу, соисполнителем признается лицо, выполнившее хотя бы часть объективной стороны преступления.

Следовательно, лишение жизни одного из потерпевших по договоренности между виновными об убийстве двух или более лиц является частью объективной стороны одного единого убийства, предусмотренного п. «а» ч.2 ст.105 УК РФ.

Позиция Верховного Суда РФ по конкретному делу толкает судебную практику на путь искусственного разрушения соучастия в форме соисполнительства и «превращения» квалифицированного убийства в простое. При таком подходе простым убийством будет массовый расстрел захваченных в плен военнослужащих, когда каждый боевик казнит только одного потерпевшего.

Дополнительным аргументом небезупречной позиции Верховного Суда РФ может послужить вопрос о правовой оценке действий соучастников убийства не соисполнителей (организатора, подстрекателя и пособника) в рассматриваемой ситуации. Сознанием соучастников охватывается то обстоятельство, что они соучаствуют в одновременном едином убийстве двух или более лиц, и должны нести ответственность за соучастие в квалифицированном убийстве.

Однако если, по мнению Верховного Суда РФ, исполнители подлежат ответственности каждый за простое убийство, то по правилам квалификации действия других соучастников следует квалифицировать по той части статьи УК, по которой квалифицируются действия исполнителей, но со ссылкой на соответствующую часть ст.33 УК РФ, т.е. как соучастие в простом убийстве.

Нелепость такой квалификации очевидна. Такая практика может привести к тому, что и в других групповых преступлениях не будет признаваться соучастие. Например, виновные по предварительной договоренности с распределением ролей совершают разбойное нападение в магазине, где каждый из соучастников применяет насилие, опасное для жизни или здоровья, только в отношении одного кассира.

При таком подходе отпадет основание для признания соучастия в хищении по предварительному сговору группой лиц, когда виновные договорились похитить имущество в крупном размере (300 тыс. руб.), но каждый изъял имущество в размере простого состава преступления (100 тыс. руб.). Такая позиция противоречит уголовному закону.

Думается, следует согласиться с мнением А.Н.

Попова, который считает, что поскольку убийство двух или более лиц является единым преступлением, а соисполнительство предполагает полное или частичное выполнение объективной стороны преступления (участие в процессе лишения потерпевшего жизни), постольку при наличии у виновных единого умысла на убийство двух или более лиц имеются все основания для привлечения всех принимавших участие в совершении преступления к ответственности за убийство двух или более лиц, независимо от того, принимал ли виновный участие в убийстве каждого потерпевшего или только одного из них[16].

[1] См.: Бородин С.В. Указ. раб. С – 97; Семернева Н.К. Указ. раб. – С.47. Автор допускает возможность значительного промежутка времени между первым и вторым убийством, если имеется прямой умысел на убийство двух или более лиц. Думается, автор смешивает понятия «умысел» и «цель» («намерение»).

При наличии значительного промежутка времени (неделя, месяц, год и т.п.) между убийствами трудно говорить о едином умысле, поскольку он конкретизируется, обновляется применительно к новой (другой) обстановке, новым обстоятельствам убийства.

Конкретизированный (обновленный) относительно новых обстоятельств преступления умысел вряд ли можно считать единым с позиции теории уголовного права даже при наличии единой (одной) цели.

[2] См.: Бородин С.В. Там же; Семернева Н.К. Там же.

[3] См.: БВС РФ. – 1998. — № 11.

[4] См.: Бюллетень Верховного Суда РФ. – 1993. – № 5. – С.7.

[5] См.: Курс уголовного права. Особенная часть. Т.3. М.: ИКД Зерцало-М, 2002. – С.111.

Источник: http://www.adhdportal.com/book_2240_chapter_15_6.1.1._Ubijjstvo_dvukh_ili_bolee_li_(p._a_ch.2_st.105_UK_RF).html

Ссылка на основную публикацию